Присутствие мужчины в самом деле объясняло многое, и оставалось только поаплодировать ловкости, с которой Витторио сложил элементы паззла. С самого начала Анджела чувствовала, будто чего-то в этой истории недостает, но никак не могла ухватить мысль, простую до гениальности. Границы, за которые женщина могла выходить в современном мире, разительно отличались от тех жестких рамок, которые устанавливались в старые времена, но кое-что оставалось неизменным. Если за все платил супруг Шарлин, он вряд ли одобрил бы ее поиски сексуальных приключений, по меньшей мере, вне его ведома и контроля. Воистину, дьявол находит занятие для праздных рук с дорогим маникюром.
Анджела скатала трусики с бедер Шарлин в тугой жгут и оставила на уровне колен, выразительно прижав их ладонями – мол, замри, держи вот так – и медленным, плавным движением поднялась, попутно успев впечатать ногти в ее ягодицы.
- Больно, дорогая? – с улыбкой переспросила она. - В этом-то вся идея.
Крепко ухватив Шарлин за подбородок, Анджела с удовольствием куснула ее за пухлую нижнюю губу, мельком понадеявшись, что из нее не брызнет силиконом, и накрыла ее рот долгим жадным поцелуем.
- Я хочу узнать, чем это закончится, - потянувшись через плечо рабыни, она игриво лизнула Витторио в щеку. – Ошейник заклепан, значит, сучка часто теряется, м? И если хорошенько потереть лампу, появится гений? – Анджела шлепнула Шарлин по рукам, заставляя уронить бюстгальтер на пол, и для наглядности в самом деле потерла между пальцами ее напряженные соски.
- Пожалуйста, хозяйка, еще… - пролепетала та, невольно прогибаясь в спине и по-кошачьи подставляясь под прикосновение, правда, оно получилось не таким, как ожидалось. Болезненные щипки за грудь последовали один за другим, вырвав из уст Шарлин сдавленный вскрик.
- Ты заслуживаешь хорошей порки за обман, милочка. Твоему мужчине следовало бы чаще тебя наказывать, - Анджела небрежно пошлепывала ее по заднице, с каждым шлепком, однако, увеличивая силу удара. – Или это он и сделал? Велел тебе раздвинуть ноги перед первым, кто напишет в чате? Фрэнк, мы должны оставить на ней побольше отметин, чтобы урок запомнился надолго.
- Н-не… не надо… - Шарлин беспокойно завертела головой, потянулась руками, чтобы оттолкнуть ее, но добилась только того, что ладонь сменилась жестким лакированным клатчем.
- Чувствуешь монограмму? Это Луи Вуиттон, дорогая. Получится очень стильно.
- Я его ненавижу! – вот это уже был крик души, от которого где-то в углу гостиной заскулил позабытый всеми Тоби в своем домике.
- Дело вкуса, конечно. Но смотрится на твоей попке превосходно.
- Чарли! Я ненавижу этого козла! – Шарлин со всхлипом втянула воздух, и Анджела свободной рукой легонько шлепнула ее по щеке:
- Следи за языком. Уважай своего мужчину.
- Он трахает все, у чего есть дырка! – в голосе рабыни зазвенели слезы. – Он даже не прячется от меня, они ему звонят по ночам, пишут, бывают у нас дома, когда я езжу в отпуск!
- Это неправильно, - сочувственно кивнула Анджела. – Тебе следовало бы не прохлаждаться на Карибах, а заботиться о нуждах своего господина.
Тут Шарлин прорвало, и на гостей обрушился натуральный поток сознания, где воедино слились амурные подвиги Чарли, неудовлетворенность его подружки, перечень змей подколодных от А до Z , а также обещания оторвать ему яйца, а им – выдрать лохмы. Этот пронзительный монолог убивал любое вожделение на корню, и если Чарли приходилось выслушивать подобное регулярно, можно было понять его походы налево. Бога ради, ей серьезно следовало бы заменить пару сеансов тайского массажа на походы к психоаналитику.
- Ты думаешь о том же, что и я? – негромко спросила Анджела, встречаясь взглядом с Витторио, и до поры не мешая Шарлин громко изливать душу.
